ФАНТАСТИКА


ФАНТАСТИКА

ФАНТА́СТИКА (от греч. phantastikē — искусство воображать), разновидность художественной литературы, в которой авторский вымысел от изображения странно-необычных, неправдоподобных явлений простирается до создания особого — вымышленного, нереального, «чудесного мира». Ф. обладает своим фантастическим типом образности со свойственными ему высокой степенью условности, откровенным нарушением реальных логических связей и закономерностей, естественных пропорций и форм изображаемого объекта. Ф. как особая область литературного творчества максимально аккумулирует творческую фантазию художника, а вместе с тем и фантазию читателя; в то же время Ф. — это не произвольное «царство воображения»: в фантастической картине мира читатель угадывает преображенные формы реального — социального и духовного — человеческого бытия.

Фантастическая образность присуща таким фольклорным и литературным жанрам, как сказка, эпос, аллегория, легенда, гротеск, утопия, сатира. Художественный эффект фантастического образа достигается за счет резкого отталкивания от эмпирической действительности, поэтому в основе всякого фантастического произведения лежит оппозиция фантастического — реального.

Поэтика фантастического связана с удвоением мира: художник или моделирует собственный невероятный, существующий по своим законам мир (в этом случае реальная «точка отсчета» присутствует скрыто, оставаясь за пределами текста: «Путешествие Гулливера» Дж. Свифта, «Сон смешного человека» Ф. М. Достоевского), или параллельно воссоздает два потока — действительного и сверхъестественного, ирреального бытия. В фантастической литературе этого ряда сильны мистические, иррациональные мотивы, носитель Ф. здесь выступает в виде потусторонней силы, вмешивающейся в судьбу центрального персонажа, влияющей на его поведение и ход событий всего произведения (произведения средневековой литературы, литературы эпохи Возрождения, романтизма).

С разрушением мифологического сознания и нарастающим стремлением в искусстве нового времени искать движущие силы бытия в самом бытии уже в литературе романтизма появляется потребность в мотивировке фантастического, которое тем или иным образом могло бы сочетаться с общей установкой на естественное изображение характеров и ситуаций. Наиболее устойчивые приемы такой мотивированной Ф. — сон, слухи, галлюцинации, сумасшествие, сюжетная тайна. Создается новый тип завуалированной, неявной Ф. (Ю. В. Манн), оставляющей возможность двойного толкования, двойной мотивировки фантастических происшествий — эмпирически или психологически правдоподобного и необъяснимо-ирреального («Косморама» В. Ф. Одоевского, «Штосс» М. Ю. Лермонтова, «Песочный человек» Э. Т. А. Гофмана). Такая сознательная зыбкость мотивировки нередко ведет к тому, что исчезает субъект фантастического («Пиковая дама» А. С. Пушкина, «Нос» Н. В. Гоголя), а во многих случаях его иррациональность вообще снимается, находя прозаическое объяснение в ходе развития повествования. Последнее свойственно реалистической литературе, где Ф. сужается до разработки отдельных мотивов и эпизодов или выполняет функцию подчеркнуто условного, обнаженного приема, не претендующего на создание у читателя иллюзии доверия к особой реальности фантастического вымысла, без которой Ф. в наиболее чистом виде не способна существовать.

Истоки Ф. — в мифотворческом народно-поэтическом сознании, выразившемся в волшебной сказке и героическом эпосе. Ф. в существе своем предопределена многовековой деятельностью коллективного воображения и представляет собой продолжение этой деятельности, используя (и обновляя) постоянные мифические (см. Мифы) образы, мотивы, сюжеты в сочетании с жизненным материалом истории и современности. Ф. эволюционирует вместе с развитием литературы, свободно сочетаясь с различными методами изображения идей, страстей и событий.

Ф. выделяется как особый вид художественного творчества по мере отдаления фольклорных форм от практических задач мифологического осмысления действительности и ритуально-магического воздействия на нее. Первобытное миропонимание, становясь исторически несостоятельным, воспринимается как фантастическое. Характерным признаком возникновения Ф. служит разработка эстетики чудесного, не свойственной первобытному фольклору. Происходит расслоение: богатырская сказка и сказания о культурном герое трансформируются в героический эпос (народное иносказание и обобщение истории), в котором элементы чудесного являются вспомогательными; сказочно-волшебная стихия осознается как таковая и служит естественной средой для рассказа о путешествиях и приключениях, вынесенного за исторические рамки.

Так, «Илиада» Гомера представляет собой по сути дела реалистическое описание эпизода Троянской войны (чему не мешает участие в действии героев-небожителей); гомеровская же «Одиссея» — прежде всего фантастическое повествование о всевозможных невероятных приключениях (не связанных с эпическим сюжетом) одного из героев той же войны. Сюжет, образы и происшествия «Одиссеи» — начало всей литературной европейской Ф. Примерно так же, как «Илиада» и «Одиссея», соотносятся ирландские героические саги и «Плавание Брана, сына Фебала» (VII в. н. э.). Прообразом многих будущих фантастических путешествий послужила пародийная «Правдивая история» Лукиана, где автор для усиления комического эффекта стремился нагромоздить как можно больше невероятного и несуразного и обогатил при этом флору и фауну «чудесной страны» многими живучими выдумками.

Т. о., еще в античности наметились основные направления Ф. — фантастические блуждания-похождения и фантастический поиск-паломничество (характерный сюжет — сошествие в ад). Овидий в «Метаморфозах» направил в русло Ф. исконно мифологические сюжеты превращений (превращения людей в животных, созвездия, камни и т. д.) и положил начало фантастико-символической аллегории — жанру скорее дидактическому, чем приключенческому: «поучению в чудесах». Фантастические превращения становятся формой осознания превратности и ненадежности человеческой судьбы в мире, подвластном лишь произволу случая или загадочной вышней воле.

Богатый свод литературно обработанной сказочной Ф. дают сказки «Тысячи и одной ночи»; влияние их экзотической образности сказалось в европейском предромантизме и романтизме. Фантастическими образами и отзвуками «Махабхараты» и «Рамаяны» насыщена индийская литература от Калидасы до Р. Тагора. Своеобразный литературный переплав народных сказаний, легенд и поверий представляют собой многие произведения японской (например, жанр «рассказа о страшном и необычайном» — «Кондзяку-моногатари») и китайской Ф. («Рассказы о чудесах из кабинета Ляо» Пу Сунлина).

Фантастический вымысел под знаком «эстетики чудесного» был основой средневекового рыцарского эпоса — от «Беовульфа» (VIII в.) до «Персеваля» (ок. 1182) Кретьена де Труа и «Смерти Артура» (1469) Т. Мэлори. Обрамлением фантастических сюжетов стала легенда о дворе короля Артура, наложенная впоследствии на расцвеченную воображением хронику крестовых походов. Дальнейшую трансформацию этих сюжетов являют монументально-фантастические, почти совсем утратившие историко-эпическую подоснову ренессансные поэмы «Влюбленный Роланд» Боярдо, «Неистовый Роланд» Л. Ариосто, «Освобожденный Иерусалим» Т. Тассо, «Королева фей» Э. Спенсера. Вместе с многочисленными рыцарскими романами XIV—XVI вв. они составляют особую эпоху в развитии Ф. Вехой в развитии созданной Овидием фантастической аллегории был «Роман о Розе» XIII в. Гильома де Лорриса и Жана де Мёна.

Развитие Ф. в период Ренессанса завершают «Дон Кихот» М. Сервантеса — пародия на Ф. рыцарских похождений, и «Гаргантюа и Пантагрюэль» Ф. Рабле — комическая эпопея на фантастической основе, одновременно традиционной и произвольно переосмысленной. У Рабле же находим (глава «Телемское аббатство») один из первых примеров фантастической разработки утопического жанра (см. Утопия).

В меньшей степени, чем древнейшая мифология и фольклор, стимулировали Ф. религиозно-мифологические образы Библии. Крупнейшие произведения христианской Ф. — «Потерянный рай» и «Возвращенный рай» Дж. Мильтона — основаны не на канонических библейских текстах, а на апокрифах. Это, однако, не умаляет того факта, что произведения европейской Ф. средневековья и Возрождения, как правило, имеют этическую христианскую окраску или представляют игру фантастических образов в духе христианской апокрифической демонологии. Вне Ф. стоят жития святых, где чудеса принципиально выделены как экстраординарные, но действительные происшествия. Тем не менее христианско-мифологическое сознание способствует расцвету особого жанра — Ф. видений. Начиная с апокалипсиса Иоанна Богослова «видения», или «откровения», становятся полноправным литературным жанром: разные аспекты его представляют «Видение о Петре Пахаре» (1362) У. Ленгленда и «Божественная комедия» Данте. (Поэтика религиозного «откровения» определяет визионерскую фантастику У. Блейка: его грандиозные «пророческие» образы — последняя вершина жанра).

К концу XVII в. маньеризм и барокко, для которых Ф. была постоянным фоном, дополнительным художественным планом (при этом происходила эстетизация восприятия Ф., утрата живого ощущения чудесного, свойственная и фантастической литературе последующих веков), сменил классицизм, по своей сути чуждый Ф.: его обращение к мифу полностью рационалистично. В романах XVII—XVIII вв. мотивы и образы Ф. походя используются для осложнения интриги. Фантастический поиск трактуется как эротические похождения («фейные сказки», например «Акажу и Зирфила» Ш. Дюкло). Ф., не имея самостоятельного значения, оказывается подспорьем плутовского романа («Хромой бес» А. Р. Лесажа, «Влюбленный дьявол» Ж. Казота), философского трактата («Микромегас» Вольтера) и т. д. Реакция на засилье просветительского рационализма характерна для 2-й половины XVIII в.; англичанин Р. Хёрд призывает к прочувствованному изучению Ф. («Письма о рыцарстве и средневековых романах»); в «Приключениях графа Фердинанда Фэтома» Т. Смоллетт предваряет ставший началом развития Ф. XIX—XX вв. готический роман Х. Уолпола, А. Радклиф, М. Льюиса. Поставляя аксессуары романтических сюжетов, Ф. остается на подсобной роли: с ее помощью двойственность образов и событий становится изобразительным принципом предромантизма.

В новое время особенно плодотворным оказалось сочетание Ф. с романтизмом. «Прибежища в царстве фантазии» (Ю. А. Кернер) искали все романтики: у «иенцев» фантазирование, т. е. устремленность воображения в запредельный мир мифов и легенд, выдвигалось как способ приобщения к высшему прозрению, как жизненная программа — сравнительно благополучная (за счет романтической иронии) у Л. Тика, патетичная и трагическая у Новалиса, чей «Генрих фон Офтердинген» являет образец обновленной фантастической аллегории, осмысленной в духе поисков недостижимого и непостижимого идеально-духовного мира.

Гейдельбергская школа использовала Ф. как источник сюжетов, придающих дополнительный интерес земным событиям (так, «Изабелла Египетская» Л. А. Арнима представляет собой фантастическую аранжировку любовного эпизода из жизни Карла V). Такой подход к Ф. оказался особенно перспективным. Стремясь обогатить ресурсы Ф., немецкие романтики обратились к ее первоисточникам — собрали и обработали волшебные сказки и легенды («Народные сказки Петера Лебрехта» в обработке Тика; «Детские и семейные сказки» и «Немецкие предания» братьев Я. и В. Гримм). Это способствовало становлению жанра литературной сказки во всех европейских литературах, остающегося и поныне ведущим в детской Ф. Классический его образец — сказки Х. К. Андерсена.

Романтическую Ф. синтезирует творчество Гофмана: здесь и готический роман («Эликсир дьявола»), и литературная сказка («Повелитель блох», «Щелкунчик и мышиный король»), и феерическая фантасмагория («Принцесса Брамбилла»), и реалистическая повесть с фантастической подоплекой («Выбор невесты», «Золотой горшок»).

Попытку оздоровить влечение к Ф. как к «пропасти потустороннего» представляет «Фауст» И. В. Гёте; используя традиционно-фантастический мотив продажи души дьяволу, поэт обнаруживает тщету блужданий духа в сферах фантастического и в качестве окончательной ценности утверждает земную жизнедеятельность, преобразующую мир (т. е. утопический идеал исключается из области Ф. и проецируется в будущее).

В России романтическая Ф. представлена в творчестве В. А. Жуковского, В. Ф. Одоевского, А. Погорельского, А. Ф. Вельтмана. К Ф. обращались Пушкин («Руслан и Людмила», где особенно важен былинно-сказочный колорит фантазии) и Н. В. Гоголь, фантастические образы которого органично влиты в народно-поэтическую идеальную картину Украины («Страшная месть», «Вий»). Его петербургская Ф. («Нос», «Портрет», «Невский проспект») уже не связана с фольклорно-сказочными мотивами и по-иному обусловлена общей картиной «выморочной» действительности, сгущенное изображение которой как бы само по себе порождает фантастические образы.

С утверждением критического реализма Ф. опять оказалась на периферии литературы, хотя нередко привлекалась как своеобразный контекст повествования, придающий символический характер реальным образам («Портрет Дориана Грэя» О. Уайльда, «Шагреневая кожа» О. Бальзака, произведения М. Е. Салтыкова-Щедрина, Ш. Бронте, Н. Хоторна, А. Стриндберга). Готическую традицию Ф. развивает Э. По, рисующий или подразумевающий запредельный, потусторонний мир как царство призраков и кошмаров, властвующих над земными судьбами людей. Однако он же предвосхитил («История Артура Гордона Пима», «Низвержение в Мальстрем») появление новой отрасли Ф. — научной фантастики, которая (начиная с Ж. Верна и Г. Уэллса) принципиально обособляется от общефантастической традиции; она рисует реальный, хотя и фантастически преображаемый наукой (к худу или к добру), мир, по-новому открывающийся взгляду исследователя.

Интерес к Ф. как таковой возрождается к концу XIX в. у неоромантиков (Р. Л. Стивенсон), декадентов (М. Швоб, Ф. Сологуб), символистов (М. Метерлинк, проза А. Белого, драматургия А. А. Блока), экспрессионистов (Г. Мейринк), сюрреалистов (Г. Казак, Э. Кройдер). Развитие детской литературы порождает новый облик фантастического мира — мир игрушечный: у Л. Кэрролла, К. Коллоди, А. Милна; в советской литературе — у А. Н. Толстого («Золотой ключик»), Н. Н. Носова, К. И. Чуковского. Воображаемый, отчасти сказочный мир создает А. Грин.

Во 2-й половине XX в. фантастическое начало реализуется в основном в области научной Ф., однако иногда оно порождает качественно новые художественные явления, например трилогия англичанина Дж. Р. Толкьена «Властелин колец» (1954 — 1955), написанная в русле эпической Ф., романы и драмы Абэ Кобо, произведения испанских и латино-американских писателей (Г. Гарсия Маркес, Х. Кортасар). Для современности характерно отмеченное выше контекстное использование Ф., когда внешне реалистическое повествование имеет символико-иносказательный оттенок и дает более или менее зашифрованную отсылку к к.-л. мифологическому сюжету (например, «Кентавр» Дж. Апдайка, «Корабль дураков» К. А. Портер). Сочетание различных возможностей Ф. являет собой роман М. А. Булгакова «Мастер и Маргарита». Фантастико-аллегорический жанр представлен в советской литературе циклом «натурфилософских» поэм Н. А. Заболоцкого («Торжество земледелия» и др.), народно-сказочная Ф. — творчеством П. П. Бажова, литературно-сказочная — пьесами Е. Л. Шварца.

Ф. стала традиционным вспомогательным средством русской и советской гротескной сатиры: от Салтыкова-Щедрина («История одного города») до В. В. Маяковского («Клоп» и «Баня»).

Во 2-й половине XX в. тенденция к созданию самодовлеюще целостных фантастических произведений явно ослабевает, но Ф. остается живой и плодоносной ветвью различных направлений художественной литературы.

Литература:
Ильенков Э. В., Об эстетической природе фантазии, в сб.: Вопросы эстетики, в. 6, М., 1964;
Кагарлицкий Ю., Что такое фантастика?, М., 1974;
Бахтин М., Вопросы литературы и эстетики, М., 1975;
Манн Ю., Поэтика Гоголя, М., 1978, гл. 3;
Todorov Tz., Introduction à la littérature fantastique, P., 1970;
Campbell J., The flight of the Wild Gander, Chi., 1972;
Kennard J. E., Number and nightmare. Forms of fantasy in contemporary fiction, Hamden (Conn.), 1975;
Tymn M., Zahorski K., Boyer R., Fantasy literature. A core coll. and reference guide, N. Y. — L., 1979;
The aesthetics of fantasy literature and art, Notre Dame, 1982.

также литературу к статьям Сказка, Эпос, Мифы.

В. С. Муравьев.


Литературный энциклопедический словарь. - М.: Советская энциклопедия. . 1987.

Синонимы:

Антонимы:

Смотреть что такое "ФАНТАСТИКА" в других словарях:

  • Фантастика — в литературе и др. искусствах изображение неправдоподобных явлений, введение вымышленных образов, не совпадающих с действительностью, ясно ощущаемое нарушение художником естественных форм, причинных связей, закономерностей природы. Термин Ф.… …   Литературная энциклопедия

  • ФАНТАСТИКА — ФАНТАСТИКА, форма отображения жизни, при которой на основе реальных представлений создается сверхъестественная, ирреальная, чудесная картина мира. Распространена в фольклоре, искусстве, социальной утопии. В художественной литературе, театре, кино …   Современная энциклопедия

  • Фантастика — ФАНТАСТИКА, форма отображения жизни, при которой на основе реальных представлений создается сверхъестественная, ирреальная, “чудесная” картина мира. Распространена в фольклоре, искусстве, социальной утопии. В художественной литературе, театре,… …   Иллюстрированный энциклопедический словарь

  • ФАНТАСТИКА — (от греч. phantastike искусство воображать) форма отображения мира, при которой на основе реальных представлений создается логически несовместимая с ними ( сверхъестественная , чудесная ) картина Вселенной. Распространена в фольклоре, искусстве,… …   Большой Энциклопедический словарь

  • Фантастика — (греч. phantastike – искусство воображать) – форма отражения мира, при которой на основе реальных представлений создается логически несовместимая картина Вселенной. Распространена в мифологии, фольклоре, искусстве, социальной утопии. В ХIХ – ХХ… …   Энциклопедия культурологии

  • фантастика —         ФАНТАСТИКА в литературе, искусстве и некоторых др. дискурсах изображение фактов и событий, которые, с точки зрения господствующих в данной культуре мнений, не происходили и не могли происходить («фантастических»). Понятие «Ф.» является… …   Энциклопедия эпистемологии и философии науки

  • Фантастика —     ФАНТАСТИКА означает особый характер художественных произведений, прямо противоположных реализму (см. это слово и сл. фантазия). Фантастика не воссоздает действительности в ее законах и устоях, но свободно нарушает их; она образует свое… …   Словарь литературных терминов

  • ФАНТАСТИКА — ФАНТАСТИКА, фантастики, мн. нет, жен. (книжн.). Что нибудь фантастическое. Толковый словарь Ушакова. Д.Н. Ушаков. 1935 1940 …   Толковый словарь Ушакова

  • ФАНТАСТИКА — ФАНТАСТИКА, и, жен. 1. То, что основано на творческом воображении, на фантазии, художественном вымысле. Ф. народных сказок. 2. собир. Литературные произведения, описывающие вымышленные, сверхъестественные события. Научная ф. (в литературе,… …   Толковый словарь Ожегова

  • фантастика — сущ., кол во синонимов: 19 • анриал (2) • вымысл (1) • здорово (143) • …   Словарь синонимов

  • Фантастика — У этого термина существуют и другие значения, см. Фантастика (значения). Фантастика  разновидность мимесиса, в узком смысле  жанр художественной литературы, кино и изобразительного искусства; её эстетической доминантой является… …   Википедия

Книги

  • Фантастика 88/89, . Издание 1990 года. Сохранность отличная. Традиционный сборник научно-фантастических произведений советских и зарубежных писателей. В книге представлены рассказы молодых писателей-фантастов, а… Подробнее  Купить за 360 руб
  • Фантастика 75/76, . Издание 1976 года. Сохранность хорошая. В сборник вошли новые произведения как известных, так и молодых авторов. Герои повестей и рассказов путешествуют во времени посверхмагистралям… Подробнее  Купить за 330 руб
  • Фантастика 82, . Издание 1982 года. Сохранность хорошая. Традиционный молодогвардейский сборник научно-фантастических повестей, рассказов, очерков и статей советских авторов. Сборник рассчитан на молодого… Подробнее  Купить за 260 руб
Другие книги по запросу «ФАНТАСТИКА» >>